Повна версія

Я познакомилась с этой милой, обаятельной девушкой в интернете. Общаясь с ней пол года на сайте и вглядываясь в прекрасные, добрые фотографии я видела жизнерадостную, энергичную девушку, понятия не имея о том, что ей пришлось пережить. Ее история заставила меня расплакаться и задуматься о жизни! Мы очень часто строим планы на будущее, разрабатываем стратегии по покорению мира, совершенно не задумываясь о том, что жизнь в одну секунду все меняет и даже рушит.

Будучи совсем юной, думая о наряде на выпускной, о том, куда поступать учиться и других планах на жизнь, луганчанка Наталья Донцова не подозревала, что эти мысли, мечты заменят вскоре долгие дни работы над своей силой воли, чтобы вновь жить, только теперь уже с другими мечтами и планами.
18 декабря 1998 года был обычный день. Наталья, встав утром в школу, почувствовала слабость: поднялась температура, стала болеть поясница. Но она все же собралась и поехала в школу. Ведь это 11 класс, нужно подтягивать хвосты перед выпуском. В школе состояние ухудшилось, потому, отпросившись домой, девушка ушла с уроков. Приехала домой, дождавшись маму с работы, рассказала о состоянии. «Опять простыла, говорю одеваться, никогда не слушаешь, ходишь без шапки», — побранила мама дочку. «Точно простыла, — подумала Наталия, — с кем не бывает». Ночью состояние ухудшилось, усилилась боль, температура поднялась до 39,5, ничем не сбиваясь. На утро субботы родители вызвали скорую помощь. Приехав, медики по описанным симптомам, ставили подозрение на полиомиелит. Вызвав вторую карету скорой помощи — инфекционку, Наташу увезли в городскую инфекционную больницу №4. На выходных был только дежурный врач, сказали ждать до понедельника. Состояние ухудшилось, боль в пояснице стала невыносимой, не давала лечь, сесть, температуру сбить было невозможно.
В понедельник утром новую пациентку осмотрели врачи, взяли анализы и.т.д. К Наталии приехала мама, чтобы послушать врачей, приобрести нужные лекарства, ведь о бесплатной медицине люди забыли давно. Дочь, выйдя к маме, со слезами на глазах, сразу пожаловалась на новый симптом: «Мама, у меня очень сильная слабость в ногах, и они меня еле держат, ощущение, что я упаду в любой момент». Валентине Алексеевне дали список нужных для приобретения лекарств. У Донцовых обычная семья, денег «лишних» не было, что-то из лекарств купили сразу, а чтобы купить другие, оставшиеся в списке лекарства, нужно ехать на работу, занимать деньги. Валентина Алексеевна сразу уехала и, не подозревая, что дочь, идущую своими ногами, видела в последний раз. Наталья, зайдя в палату, легла и больше не могла встать, слабость в ногах, их ватное ощущение, температура под 40, опоясывающая боль в пояснице до потери сознания не давала и секунды отдохнуть мозгам, телу.
Врачи засуетились, собрали консилиум. Было много неясностей по поводу симптомов, состояние пациентки ухудшалось с каждой минутой. Наташа от боли уже и думать не могла. Теперь минуты казались часами. Врачи собирали совещание за совещанием, что-то обсуждали. Снова собрали консилиум из профессоров с участием невропатологов больницы №4. Как потом узнают наши герои, не профессора, а именно обычные невропатологи установили правильный диагноз и предложили своё решение – обследование и срочную операцию. Но никто не послушал простых врачей!
На консилиуме решили отправить пациентку для полного обследования в областную больницу. Собрали документы, вещи, вызвав реамобиль, повезли в областную больницу. На улице был декабрь, прикрыв простынкой, девочку везли в ледяной машине через весь город.
Мама Натальи везла ей лекарства, которые докупила, даже не подозревая, что дочку уже увезли из больницы №4 в областную. И узнав об этом, сразу бросилась туда. Первое, что услышала Валентина Алексеевна – раздающееся эхо плача её дочки на весь коридор. « Где моя дочь?», — кричала испугавшаяся женщина. «Увидев маму, я не могла из-за слёз вымолвить слово, как сказать ей, что я не могу ходить? Что чувствительность уходит с каждой секундой, а боль и жжение поднимается выше…». Наташа,посинев от холода, прикрытая только покрывалом, произнесла: «Мама, я не могу встать на ноги» .
Мама не понимала, что происходит, почему её дочь лежит в таком состоянии одна, на каталке в приёмном отделении и рядом нет ни медсестры, ни санитарки. Быстро сориентировавшись, пошла искать кого-то, нашла… «Ждите, доктор освободится после операции и спустится». И пришлось ждать. Сколько? Никто не помнит, всё длилось, будто вечность… Наталью осмотрел врач, взяли нужные анализы. Через час Донцовых везли уже обратно в инфекционное отделение больницы №4, в ту же палату, только теперь девушка не могла вставать, и с ней была мама. Был вечер, мороз, а дома ведь папа не знает, что происходит. Мобильных телефонов тогда не было, домашнего в семье тоже не было. Чтоб сообщить мужу о происходящем и о том, что нужно остаться ночевать с дочкой в больнице, потому что она в полуживом состоянии, женщине пришлось уехать домой.
«Мама, ты обязательно приедешь?», — шептала дочь. – «Конечно приеду!!». Семья живёт на Юбилейном, от больницы №4 в Каменном Броде, которая находится на другом конце города, нужно было чем-то уехать, а потом вернуться. Погода была ужасной, лил дождь со снегом, намерзал гололёд. Наташа осталась одна в палате, боль не утихала, температура была высокой, знобило, повернуться девушка не могла, подвинуться тоже, от боли было тяжело дышать, всё жгло огнём – поднимаясь выше и выше…
Время от времени заходила медсестра и санитарка, следили за капельницей. Время шло… Несколько раз санитарка в тревоге спрашивала, приедет мама или нет, и о том, есть ли дома телефон, чтоб позвонить… Когда она вышла, Наташа услышала разговор санитарки и медсестры: «Такой ливень, уже поздний вечер, она не приедет к ней…» Девочка даже заплакала, потому что знала – мама обязательно вернётся, ее мама самая заботливая и ответственная, никогда своих детей не бросит, никогда!
Мама приехала, папа проводил её до самых дверей больницы, а сам поехал домой.
22 декабря 1998 года. Утро. Капельницу не прекращали капать, мама наблюдала за этим всю ночь. Всё те же врачи пришли осматривать девочку. В их лицах читался испуг и непонимание, почему привезли из областной больницы назад. Началось назначение лекарств, анализы, осмотры. Понадобились большие средства, которых в семье не было: тысячи гривен, тогда, это были огромные суммы. Родители занимали у кого только возможно. Врачи больницы взяли сами анализ, который подтверждал их диагноз нейрохирургической болезни.
В семье не осталось материальных ресурсов вообще. Мама работала в облгосадминистрации, её сотрудники и начальник зная о том, что происходит с дочерью, помогали, как могли.
К вечеру 23 декабря 1998 года Донцовых отправляют в областную клиническую больницу, во второе нейрохирургическое отделение. Там снова капельницы. «Их вообще не прекращали капать даже в скорой», — вспоминает мама Наташи. Врачи суетились, стали готовить девочку к обследованию-операции, ведь теперь диагноз был не только на словах, но и подтверждён анализами, которые привезли с собой из больницы №4.
«Я даже не знаю, как проходили эти дни, помню только боль, не утихающую боль в пояснице, постепенно поднимающуюся выше, слабость в ногах, потом вообще отсутствие какого-либо движения, чувствительности, озноб, жар. Иногда, казалось, что боль даже в ушах, вообще во всём теле, настолько она была ужасной, будто постоянный огонь.
Операция длилась шесть часов. Родители молились за жизнь дочери.
На определённом уровне спинного мозга у девушки был воспалительный процесс, который и дал такое осложнение на ноги, повлиял на их движение, чувствительность. Уже сейчас, вспоминая, Наталья знает, что если бы ей сделали сразу это обследование, прислушались к врачам 4-й больницы, сделали операцию сразу, такого осложнения и быть не могло. Время было упущено. Сложилось всё так, как сложилось. Правильно или нет, знает лишь Господь. Молитвы к Богу, желание жить, помогали девушке не сойти с ума в моменты боли. Она и не знала тогда, что позже, с молитвами о жизни, о желании жить, в самые тяжёлые моменты безысходности будут проскальзывать противоположные мысли – мысли о том, чтоб закончилось всё в один момент….

«Открыв глаза, Наташа слышала голоса, всё перед глазами плыло, окружали люди в белом : «Я умерла?». «Нет, ты в реанимации». Дышать было трудно, на время операции ставили трубку – аппарат для дыхания, хотелось пить, но делать это было нельзя. Всё кружилось, но самое главное – она не чувствовала огненной, опоясывающей боли, было так легко… Но и ног тоже не чувствовала. Мечтала и надеялась о том, что как ушло движение в один момент и чувствительность, так и вернётся. Ведь никогда не сталкивались с такими проблемами, не знала, что вот так бывает и какие могут быть последствия.
В нейрохирургии Донцовы провели две с половиной недели. Потом их выписали по месту жительства в неврологию для дальнейшей восстановительной терапии.
В неврологии больницы пос. Юбилейный начали проводить свою терапию, и случайно сделали укол в бедро, от которого началась гематома, а к другому бедру доктор прикладывала спиртовые растворы, и получился ожёг. Это и стало началом проблемы, от которой Наташа снова чуть не умерла.
После выписки дали рекомендации по массажу, терапии для кровообращения и т.д. Дома Наталья была с бабушкой, в обед приходил со школы братик, после обеда – мама. После суток отец был дома. Так было вначале. Но эта была только передышка. Потом начался ад.
Когда Наташа вернулась домой, она думала, что будет идти восстановительный процесс организма, загорелась зарядкой, чтением книг, ведь она оканчивала 11 класс. Вспоминала школу, там все так же продолжали учиться, готовились к экзаменам и выпускному. Одноклассники несколько раз приехали проведать. А друзья и подруги, с которыми она дружила, всего пару раз проведали и всё. Вспоминала о своих мечтах о выпускном, о наряде, который хотела, об образовании и профессии. Мечтала о том, чтобы быть с любимым человеком и создать семью, о свадьбе, детях… Ноги оставались неподвижными, чувствительность отсутствовала. Повернуться сама не могла, пересесть – тоже, одеваться или что-то делать без помощи просто не умела. Даже наивно верила, что в один миг она вдруг всё буду чувствовать, встанет и пойдет, как раньше…
Всё это было мыслями юной девочки, попавшей в одно мгновение во взрослую, сложную жизнь. Есть ведь пословица: « Ломать – не строить». Жизнь в любых ситуациях диктует нам, что разрушить можно что угодно, но строится потом это годами, столетиями. Бывает, что упущенное время, разрушенные жизни, колкие обидные слова, ошибки врачей исправить уже нельзя. Так вышло и со ней.
Время шло, состояние ухудшалось, и это не из-за основной болезни, а из-за тех проблем на бёдрах — от укола на одном бедре и ожога – на другом. Они превратились в раны. Раны стали больше. От неподвижности образовались пролежни. Состояние здоровья ухудшалось, настроение тоже, высокая температура не падала, раны разрастались. Родители учились всему.
Через полгода после операции Наталья снова попадает в хирургию больницы пос. Юбилейный с гнойными ранами, температурой 38,9, низким давлением и гемоглобином 40. Мама вспоминает, что в хирургию в таком состоянии ее дочь привезли умирать, чтоб не дома…
Это были самые тяжёлые больничные дни. Наташа была под капельницами в полубессознательном состоянии от высокой температуры, а за окном был жаркий июнь 1999 года. Отец работал, сменяя маму.
Дни шли: капельницы, перевязки. У Наташи оказалась очень любящая и заботливая, она дни и ночи проводила рядом. Успевала сбегать домой, чтоб приготовить кушать, и снова – в больницу. Порой, казалось, что силы покидают эту хрупкую женщину, но её силе духа можно позавидовать любому на этой планете. Очень сложно видеть своего ребёнка в полусознательном состоянии и не иметь возможности помочь самой, а впереди была лишь неизвестность… Но родители верили в лучшее.
Раны потихоньку очищались, затягивались, температура упала. В палате было по восемь человек после ургентности. Маме пришлось рассчитаться с работы, потому как уход за дочкой нужен был круглосуточный.
Это очень сложно, когда восемь человек в палате, все бабушки, к ним приходят родственники, и она, молодая девочка среди них. Каждому интересно осмотреть лежачую больную, расспросить и.т.д. Порой не хватало просто сил, никого не хотелось ни слышать ни видеть , было желание скорее уехать домой. Но Наташу не отпустили даже на Новый год. В общей сложности она провела восемь месяцев стационарного лечения, восемь долгих месяцев без перерыва!
В феврале 2000 года Наташу выписали. Раны ещё полностью не зажили .
Да, теперь она была дома, вначале наслаждалась тишиной домашней обстановки, спокойствием от удивленных или мрачных взглядов в свою сторону. Но и в тоже время, было страшно… А что дальше? Она не умела повернуться сама, в инвалидную коляску не садилась – были жуткие боли. И честно сказать, она просто ненавидела коляску. Морально и психологически сесть в нее было ужасом. Ну как по-другому? Наташа всегда была задорной девчонкой, бегом туда, бегом обратно. То она кружила жизнь вокруг себя, то жизнь кружилась вокруг нее – учёбой, поклонниками, друзьями, подругами, проблемами какими-то интересами, и т.д. Как это бывает в юности. Во взрослую жизнь дорога протаптывается постепенно, через опыт или случаи, ситуации. Но когда этот период происходит за несколько дней, часов, тогда просто нет возможности все понять. Это сравнимо с тем, если выбросить в океан человека, который не умеет плавать. Окутывает страх, нет сил даже попробовать плыть, попробовать довериться воде, приходит паника. Наташа была не исключением в этом «океане», в который выбросила ее жизнь.
Время шло, раны потихоньку заживали. Было безумно сложно с деньгами. Их полное отсутствие в семье придавало ещё больше апатии и чувства вины, ведь из-за нее мама бросила работу, ну а отец крутился, как мог. Она понимала, идёт время, нужна восстановительная терапия, массажи, санаторно-курортное лечение, нужно как-то и что-то делать самой…Зарядку, например. Но, наверное, на тот момент ее жизни силам неоткуда было взяться. Она всё не могла понять и поверить, что такое случилось с ней. «Почему я? Откуда это вообще? Я болела в своей жизни только простудой.» Наташе хотелось верить, что всё происходящее – плохой сон, шутка судьбы или плёнка, которую ей дали посмотреть. Но оказалось, что героиней сюжетов стала она!!!
Как теперь жить? Она ничего не умела, вообще ничего! Были слёзы, истерики, сильные боли в ногах, пояснице. Все твердили о том, что она совершенно лентяйка, и не занимается днями, ночами спортом, что не хочет садиться в инвалидное кресло, учиться этому, учиться быть самостоятельной, чтоб выезжать на улицу, ездить везде. Приводили сотни случаев, когда на колясках учатся в университете, когда выходят замуж, женятся, рожают детей, ездят самостоятельно на море и т.д. И от всех этих советов кружилась голова, Наташа ещё больше погружалась в апатию, просто ненавидела себя.
«Ездить самой куда-то? А я не хочу, я лентяйка. Откуда люди могут судить и знать, что я лентяйка, что происходит в моей душе, будто мне приятно лежать в кровати и смотреть на улицу только через стекло, дышать воздухом лишь в открытые окна.» Она молилась, чтобы передвинуться к окну в инвалидном кресле, потому что окружении четырёх стен просто приводило в ужас! Однообразие и отсутствие самостоятельности сводило с ума.
Мысли о том, что она когда-то сможет выехать на улицу, казались не смешными, а просто глупыми. Ей казалось, что она никогда в жизни не сможет выйти из дома, а если и выйдет, то только если забор будет метра три, ограждающий ее от назойливых взглядов людей. Ей казалось, что в инвалидном кресле она, как чучело, как старуха, или как калека…Как кто?? Наташа набирала вес, потому что лежала и питалась только хлебом, макаронами, а другого в семье не было. Глядя на себя в зеркало, совсем себя ненавидела. Такой показаться в обществе людям? Никогда в жизни!!!!!!!
Она пыталась вспомнить, почему мы очень-очень редко видим инвалидов на улицах, в магазинах, парках, на выставках, кафе, ресторанах, или просто гуляющих на улицах и т.д. Люди просто шарахаются от них, стараются не смотреть, обойти десятой дорогой или смотрят с жалостью, сожалением, и только единицы воспринимают нормально таких людей. Страх людей, что и они могут стать такими, объясняет такое отношение! Нас учат только умению ограждать «здоровый мир» от «мира инвалидов».
«О, Господи! – думала Наташа, – теперь и меня воспринимают такой, а ещё, чтоб я на коляске выехала». Глубоко в душе ей, конечно, хотелось снова в общество, у нее было желание учиться, было желание реализовывать свои планы. Даже самое простое – иметь возможность ездить везде, гулять в парке. Но она хранила это желание, просто как желание и не верила в его исполнение.
Друзья все растерялись. И полная нищета совсем обессилила девушку. Пропало желание жить. Просто был тупик. Она читала, делала какие-то поделки, которые дарила знакомым. Но у нее ещё держалась температура, то высокая, то чуть меньше. Наташа почти всегда лежала на животе, так было необходимо.
Конечно, только благодаря своей маме, которая и днём, и ночью ухаживала за дочкой, только благодаря ей Наташа снова ощутила желание жить. Возникла идея об обучении в университете. Так как у девушки не было вообще образования, то по инвалидности она имела право на бесплатное обучение. И снова мама помогала во всем. Ездила, брала контрольные, книги. Преподаватели вошли в положение, приезжали ко Наташе домой. Вот так началось получение первого образования.
Это были годы, девушка сидела только в подушках на кровати, и то недолго.
Наташа не ездила в университет, но само ощущение того, что она студентка, придало ее жизни определённую значимость, силы.
В 2004 году, девушку и ее семью ждало новое испытание! Однажды Наташе стало так плохо, что она пять дней не ела и не пила. Тогда мама из обычной больницы по месту жительства, в которую ее положили с температурой 39,5, жуткими болями, сама наняла машину скорой помощи и повезла дочь в урологию. Там сделали УЗИ, и оказалось, что все эти дни девушка жила в таком состояния с камнем в мочеточнике, который перекрывал отток. Ее сразу положили в отделение, а измерив давление ужаснулись, оно было 40/50, и, не перекладывая на каталку, прямо на кровати, спустили в реанимацию. Нужно было срочно делать операцию, а девушка была почти без сознания. Всё вокруг кружилось и плыло.
Родителям снова сообщили: «Надо надеяться на Бога, чтоб дочка жила». Операция прошла хорошо.
После операции, тогда в реанимации во Наташе что-то перевернулось. Она стала совершенно другой – ушёл страх смерти, страх бессилия, страх «дороги темноты». Это было какое-то внутреннее облегчение, спокойствие, что-то, что сложно объяснить.
Когда полностью страх уходит, приходит свет, который даёт ещё больше сил, больше мыслей, больше смелости принимать те или иные решения.
Со временем Наташа увидела жизнь других людей, с ограниченными физическими возможностями, когда жена ухаживает за мужем, он с травмой в коляске, или наоборот, мужчина везёт женщину. Так же она наблюдала и молодые пары, которые тоже были вместе, один из которых был ходячим. Ее это заставило задуматься о том, что нужно сидеть на коляске тоже, одетой, обутой, и каким-то образом ездить самой, крутя колёса, ведь это даёт самостоятельность в передвижении.
Однажды вечером, Наташа увидела ехавшую девочку на аккуратной, маленькой инвалидной коляске. Девушка была симпатичная, взгляд привлекало то, что её фигурка была худенькой, сама она аккуратно одета в обтягивающий наряд, подчёркивая ещё больше стройность, на ногах были обуты босоножки на каблучках, а на плечи падали опрятно расчесанные волосы. Она проехала мимо, а через какое-то время ехала обратно, но уже ее за руку держал парень, идущий рядом на своих ногах.
Наташа не знала, кто была та девушка, но в тот момент она сказала себе: «Я буду стройной, сидеть и ехать на такой маленькой коляске, одевая, обтягивающую одежду, которая будет подчёркивать мою фигуру, и у меня будут босоножки на каблуках». Думая так, она не понимала, как этого достичь.
Наташе посоветовал один врач для того, чтобы сидеть, надо достать инвалидную, огромную коляску, называется она «торпедой». Это огромная коляска, в которой и ноги можно поднять, и спинка делается «полулёжа» и даже «лёжа». Ее достали. Параллельно девушка стала заниматься с гантелями, и с трудом, с маминой помощью, передвигалась с кровати в эту коляску. Первое время она сидела в ней полулёжа; под ноги подставляли подушку, потому что были ужасные боли, когда мама опускала ноги вниз. Всё потому, что столько лет, они были только на уровне кровати, а тут постепенно, опуская их вниз, сильно наливались, было очень больно до потери сознания и кружения в голове.
Наташа верила с трудом в то, как самостоятельно сможет сбросить вес. До попадания в реанимацию она весила, наверное, 120 кг. Она нашла разные диеты в газетах, журналах, попросила купить журнал о здоровом питании. Отказалась что все сладкое, мучное, она уже привыкла не есть. Ей повезло, потому что после мая, началось лето. Материальных средств не было на разные деликатесы для диеты, но был сезон изобилия огурцов, помидоров. Было безумно сложно. Всё получалось не сразу. Но первоначальный результат был.
По рекомендации врача и по Закону Украины Наташа имеет право на ежегодное оздоровление в спинальном санатории. Но так складывается, что в Луганске путёвку дают раз в три года. Объясняется это тем, что впереди очередь, поэтому право на путёвку человек конечно имеет раз в год, но почему-то очередь доходит до него один раз в три года. И вот ей за все ее годы заболевания давали путёвку только два раза (при этом и первый, и второй раз холодной осенью). Но есть категория людей, которые ездят в санаторий каждый год регулярно (то весной, то летом). Они имеют возможность отдыхать и лечиться 45 дней ежегодно. Наташа не раз задавала себе вопрос: каким образом к ним ежегодно подходит очередь? Даже задавала этот вопрос определённым инстанциям, озвучив его в письме к ним. Но все ее вопросы всегда оставались без ответа…
Жизнь по чуть-чуть стала налаживаться, хотя со здоровьем было много проблем. Девушка постепенно сидела в огромном инвалидном кресле, возле окна, чего хотелось раньше. В другие дверные проемы квартиры, кроме ее комнаты, эта коляска конечно не проезжала. Занималась физкультурой – этим она укрепляла мышцы спины, рук. Переводила всё в более ровное положение спину. Занималась разработкой стоп – устанавливала их ровно (чтобы вы знали, замечу — это безумно больно), выравнивала контрактуру, чтоб обуться хоть в тапки для начала. Старания не прошли даром. Занятия дома физкультурой, диеты дали свои результаты.
К весне 2006 года Наташа сидела уже в обычной инвалидной коляске, которая, слава Богу, могла проезжать во все дверные проемы квартиры. Коляска складывалась даже в багажник машины. Девушку пересаживали в коляску, из коляски — в такси на сидение. Но это было самым счастливым, что она испытывала, потому что могла сидеть в такой коляске, намного меньшей. Она уже сидела самостоятельно, крутила ободки колёс, тем самым передвигаясь сама, потихонечку и по чуть-чуть.
А вторым достижением было то, что шокировало тоже абсолютно всех, кто видел Наташу. Это был ее вес! Девушка стала весила 49 килограмм!!! Она сама в не могла в это поверить. За год она сбросила 70 килограмм!!!
Вот так она стала сидеть на коляске, потеряла килограммы, стала стройной. Конечно, Наташа и молилась, ее поддерживали друзья, ухаживала мама. Она видела себя такой, какой хотела стать. Вот это и получилось. Отступила неподвижность. «Всему своё время». Пришло время, и она научилась. Но ей прищлось пережил те дни ужаса неподвижности, те дни, которые сводили ее с ума, те сем лет нахождения в четырёх стенах.
В сегодняшнем дне 2010 года ее жизни, болея уже 11 лет, Наташа говорит: «Я счастлива!». Благодарю тебя, Господи, за всё, что у меня есть, за всех людей, которые есть в моей жизни, и десять раз тебе спасибо за то, чего в моей жизни нет!»
Сегодня Наталья – девушка с двумя высшими образованиями. Работы на сегодняшний день нет,
но она верит, что всё будет хорошо, просто всему своё время. Время прейдёт и работе, и любимый
человек появится, будет и семья. Второе образование — это журналистика. У нее огромное
желание и цель, стать профессиональным журналистом, таким, чтоб человеку, было
интересно читать ее работы на любые темы. Хочет вести свою колонку в журнале, и
писать книги. Ей хочется развиваться в этой деятельности.

Благодаря маминой помощи Наташа получила образование. Мама не работает, помогает обходиться дома, потому что ничего не приспособлено. Заехать в ванну нет возможности, о туалете можно сказать тоже самое. А еще Наталья нуждается в постоянном лечении. Борьба за каждый день ее жизни, борьба за победу над болезнью выражается в помощи мамы, и конечно же в том лечении, которое она должна проходить постоянно. Ежемесячно принимать препараты. Чем лучше лекарство, тем оно дороже. Это не секрет. Потому что есть желание сохранить то, чего достигла в здоровье, и не в коем случае не ухудшить. На деле получается: одно – лечим, другое – калечим. Это организм, который как цветок требует ухода, солнечного тепла, света и воды. Девушке необходимо обследование МРТ в 4-х плоскостях, а это стоит около 4-х тысяч гривен. А еще Наташа очень хочет съездить в санаторий летом, когда тепло, чтобы одеть босоножки на каблуках.

Всех, кто может помочь Наташе словом или делом прошу связаться со мной по тел. 53-55-69 Татьяна Родина

Вот, ее координаты счёта для перевода средств в гривнах, на случай, если кто- то захочет помочь.
Г. Луганск
АБ « Укркоммунбанк»
Ул. Шевченко В. В., 18 – «а»
МФО 304988
р/с 26201103116
Мой индеф. Код 2992818865
На лечение Донцовой Наталии Владимировне.

Для перевода средств в долларах:

Beneficiary: Ukrkommunbank, Lugansk, Ukraine
corr. acc. 16000100007/840
Bank of beneficiary: JSKB “FORUM” UKRAINE, KIEV
corr. acc 04405216 S.W.I. F. T. FJSC UA UK
Intermediary Bank : BANKERS TRUST COMPANY N.Y.
New York S.W.I.F.T. BKTR US 33
Details of payment: charitable fee
for Dontsova Nataliya acc. 2620610311601