Повна версія

Модельеры-утописты из западных университетов

Центр исследования экономической политики (Centre for Economic Policy Research- CEPR) во второй раз собрал коллектив авторов для оценки ситуации в экономике Украины и для выработки рекомендаций для дисижнмейкеров. 12 августа 2022г. была опубликована работа «Макроэкономическая политика военного времени для Украины (Macroeconomic Policies for Wartime Ukraine).

Авторы данного исследования являются представителями экономического mainstream мира. Центр исследования экономической политики – это более 1600 экономистов- исследователей, в основном, из европейских университетов. Перед собой они ставят задачу продвижения исследований мирового уровня и предоставление рекомендаций в сфере экономической политики в руки дисижнмейкеров.

Данная работа была подготовлена исследователями из тех учебных заведений, которые работают в парадигме государства всеобщего интервенционизма. Стокгольмская школа экономики, университет Калифорнии (Беркли), MIT, Гарвардский университет, Киевская школа экономики, высшие школы Парижа и Женевы – это совсем не про свободный рынок, реализацию модели предпринимательского роста и развития. Это эконометрические модели, «точки роста», активный государственный интервенционизм и длинный список допущений, который основан на Economics. Такой подход доминирует в ООН, МВФ, Всемирном банке и ЕБРР. Интервенционисты CEPR настаивают на провалах рынка, способности Государства успешно проводить циклическую и контрциклическую политику и, концентрируя деньги и ресурсы в своих руках, нейтрализовывать кризисы. Для них введение дополнительной нагрузки на производителей и потребителей – это операции по выполнению требований теоретической матрицы. Изменения мотивации производителей и потребителей, распорядителей и потребителей чужого в режиме реального расклада сил, ресурсов и потоков в их матрицу не входит. Формализм, этатизм и статика в предлагаемых схемах – вот характеристики данной модели экономической политики.

Состояние экономики Украины

Основные параметры состояния украинской экономики авторы описали достаточно точно и корректно. Авторы Доклада правы в том, что вероятность продолжительной войны материализуется, и это требует «изменения калибровки макроэкономической стратегии страны. Без её изменения текущий курс приведёт к глубокому экономическому кризису, который серьёзно затруднит способность Украины поддерживать ведение боевых действий длительный период».

По оценке Moody’s дефицит бюджета в 2022г. может достигнуть 22% ВВП или $50 млрд. Это очень странный расчёт. Получается, что ВВП Украины в первый год войны $227,3 млрд.? Это как? Если в 2021г. было ~$200 млрд., то как валовый продукт страны при уже проведённой девальвации более 35%, инфляции более 20% в $-долларовом выражении может увеличиться на 13,7%? Это какая-то грубая, троллинговая прогностическая нечистоплотность. Если же долларовый ВВП Украины в 2022г. сократится до ~$140 млрд., то тогда дефицит бюджета будет почти 36% ВВП. И это караул, время бить в набат.

Ладно Moody’s. Парни сидят на Манхэттене, редко выходят на грешную землю, увлечённо моделируют мир на экранах компьютеров. Но в подготовке аналитического доклада участвовали украинцы Юрий Городниченко (сейчас в Беркли), Тимофей Милованов (Киевская школа экономики) и Сергей Гуриев (парижская Sciences Po). Почему они пропустили такой откровенный ляп? При этом они сами в тексте пишут, что в 2022г. экономика уйдёт в минус, как минимум, на 30% ВВП, а инфляция превысит 30%.

Среднемесячный дефицит госбюджета составляет ~$5 млрд. или ~30% довоенного среднемесячного ВВП (здесь данные по ВВП правильные). При этом с начала войны Украина получала внешней помощи $2,5 - 3 млрд. в месяц. Получается, что совокупные госрасходы составляют ~$8 млрд. в месяц, что в 2022г. даёт нам годовой объём ~$90 млрд. Это даже больше, чем в довоенном 2021г. Если считать ВВП в 2022г. в ~$140 млрд., то госрасходы составят ~65% ВВП. По сути дело, произошло резкое огосударствление украинской экономики.

Производство находится в тяжелейшем состоянии. Разрушены производственные, логистические цепочки. Безработица в середине года составила ~35%. По оценке Нацбанка Украины в 2022г. снижение реальных зарплат составит 33%. Доля плохих кредитов в июле доходит до ~30%. Банки могут потерять 20% своих кредитных портфелей.

В июне торговый дефицит составил ~$2 млрд., как следствие а) переоцененной гривны, б) разрушенных производств, в) отменённых налогов на импорт, г) блокировки украинских портов Россией. Из-за невозможности экспортировать металлы и с/х продукцию экспорт страны обвалился. К тому же украинские беженцы в апреле извлекли из системы ~$2 млрд. при объёме переводов из-за рубежа на $1 млрд.

В мае и июне Нацбанк потратил $7,4 млрд. ЗВР-ов на искусственное поддержание курса, чтобы потом совершить одноразовую девальвацию на 25%. В банковской системе ликвидности много, но процентные ставки по гособлигациям низкие, даже ниже уровня инфляции. Поэтому спроса на них нет. « При ограниченных резервах Национальный банк не может одновременно печатать деньги, защищать гривну и сохранять макроэкономическую стабильность », - справедливо констатируют авторы доклада. Продолжение такой политики приведёт к кризису с высокой инфляцией, банковским и валютным напряжением и макроэкономической деградации.

Первая рекомендация: налоги и расходы

Авторы предлагают свои рекомендации для вывода украинской экономики на устойчивую траекторию на время войны. Они основаны на четырёх ключевых элементах. Первый – « правительство должно мобилизовать больше ресурсов для улучшения фискальной политики, чтобы страна могла финансировать огромные военные расходы, поддерживать оказание базовых государственных услуг в экономике, которая поражена войной ».

Цель увеличить объём располагаемых ресурсов за счёт разных источников. Первый - – собрать больше налогов. Другой источник финансирования госрасходов – преимущественно немонетарными средствами, предпочтительно через внешнюю помощь. Если такой возможности нет, значит, через выпуск долговых государственных облигаций, с гораздо меньшей ставкой на сеньораж (печатание денег). Критически важно повысить эффективность государственных невоенных расходов.

Авторы предлагают повысить налоги, в идеале ввести новые налоги, которые легко администрировать. Они также советуют ликвидировать налоговые изъятия и льготные режимы. Обнуление пошлин на ввод автомобилей в апреле – июне 2022г. привело к экспорту на ~$1 млрд., но госбюджет недополучил ~₴25 млрд.

Это типичный пример выпячивания одного аспекта оценки ситуации с освобождением от налога и игнорирование других. Удивительно, что профессора используют вот такие уловки. Они неприемлемы в мире науки, зато широко распространены среди идеологов распорядителей и потребителей чужого.

Каждый ввезённый автомобиль – это спрос на топливо, обслуживание, запчасти. А это – рабочие места. Десятки тысяч авто прямо или косвенно использованы для фронта, включая снабжение. Это – вклад конкретных украинцев в войну. Есть тысячи примеров того, как состоятельные люди с высоким довоенным доходом покупали на свои деньги как вооружение, так средства транспорта, гуманитарные и медицинские товары. Они доходили до конкретных адресатов. Так что недополучение бюджетом ~₴25 млрд. пошлин вылилось в возможность оказания фронту и тылу услуг на ~₴100 млрд. Однако таких оценок профессора- государственники из CEPR не делают.

Авторы прямо говорят о необходимости изменения статуса ФОПов. Люди оформлены (~2 млн. человек), как ФОПы, а работают у юрлиц, минимизируя налоговое бремя. « Правительство может попробовать ликвидировать эту лазейку, по меньшей мере, для определённого бизнеса на время войны. В целом, правительство должно обложить налогами теневую экономику, поскольку домашние хозяйства и бизнесы всё больше используют безналичные расчёты …»

Авторы не рекомендуют предоставлять особые льготные налоговые режимы, в частности для промышленных парков. Они считают, что правительство может повысить ставки налогов, акцизы, пошлины и другие платежи. Они считают, что налоги должны быть более прогрессивными, чтобы бремя войны распределялось больше на людей с ресурсами. В качестве примера для подражания они приводят пример Рузвельта, который повысил предельную ставку подходного налога до 90% на время войны. Авторы предлагают более высокие налоги на товары роскоши, повышение подходного налога на юрлиц, НДСа, а также акцизов на табак и алкоголь.

Налоговые предложения профессоров-государственников из CEPR – это настоящая диверсия. Складывается впечатление, что они не представляю себе реальное состояние дел производителей товаров/услуг с одной стороны и потребителей с другой. Опросы показывают, что более 90% украинцев самыми разными формами и способами оказывают поддержку, кто фронту, кто мигрантам, кто другим людям в беде. В стране сформировался уникальный ресурс – доверие. Людей не нужно убеждать, тем более заставлять помогать фронту и тылу. Каждый это делает сам, тратит свои сбережения, сокращает своё личное потребление и передаёт ресурсы для фронта, для победы. И в это время ограничивать или ликвидировать налоговый режим ФОПов, повышать подоходный налог или НДС, пошлины или налоги на товары роскоши (чиновники будут определять это понятие) – это разрушать доверие внутри страны, единство бизнеса, общества и ВСУ. Как можно в стране, в которое из-за некачественной налоговой и регуляторной политики до войны «теневой» сектор составлял ~40% ВВП увеличивать налоги? Более 30 лет в мирное время украинское Государство не могло справиться с этим сектором экономики, не имело реальных возможностей в рамках Большого государства обложить его налогами, а тут западные профессора-интервенционисты предлагают «обложить налогами теневую экономику» только потому, что украинцы в расчётах пользуются карточками.

Вот пример наивности, которая граничит с дефектами в понимании реальных экономических механизмов в Украине. Это также проявление теоретической узости мышления, когда рекомендации рассматриваются исключительно в рамках государства всеобщего интервенционизма.

Введение налога на денежные операции по безналу незамедлительно приведёт росту операций в наличной форме. Повышение налогов на производителей – это гарантированный рост «теневой» экономики, наличных расчётов и оттока капитала из страны. Это проходила не только Украина. Такой же эффект получается в любой переходной, развивающейся стране с некачественными институтами государственного управления.

Налоговая система Украины до войны и сегодня – это, одно из трёх самых слабых мест. Её структура внутренне дефективна. Применяемые налоговые базы порочны. Она извращает мотивацию и душит предпринимательскую активность. К сожалению, западные профессора-утописты формулируют рекомендации только в её жёстких рамках, тем самым, не решая очевидные проблемы, а усугубляя их.

Вторая рекомендация: деньги и курс гривны

Второй элемент – денежная стабильность. В случае продолжения денежной эмиссии инфляция может быть гораздо больше 20%. Для её достижения критически важна фискальная политика. Ресурсы можно получать с внутреннего частного сектора. Правительство должно увеличить внутренние сбережения, а не рассчитывать на монетарной финансирования центрального банка. Для этого необходимо ввести режим обменного курса «управляемое плавание» (managed float).

Опять же мы видим застревание в ловушке старых институтов монетарной политики. В режиме обменного курса «грязное плавание» главным является VIP-распорядители чужого. Они в ручном режиме определяют спрос и предложение на иностранную валюту. Они определяют, какой импорт критический, а какой стратегический. Одним они предоставляют курсовую и монетарную гибкость, а другим – жёсткий бан и запрет.

Безусловно, рекомендация не финансировать госрасходы денежной эмиссией правильная, но переводить монетарную политику, расчёты по внешним операциям в режим ручного управления – это грубейшая ошибка. Как мы видели в первые полгода войны, на разнице курсов, на спреде цен прекрасно зарабатывают отдельные коммерческие субъекты. И это точно не во имя фронта и ВСУ. Профессора-интервенционисты прямо намекают на повышение ставок по государственным облигациям до уровня выше инфляции (получается более 30% годовых?) Это не решает проблему бюджетной, фискальной устойчивости, а просто переносит её максимум на 10 – 12 месяцев или просто снижает напряжение в системе.

Третья рекомендация: внешняя торговля и платёжный баланс

Третий элемент – внешние дисбалансы. Их нужно решать путём установления жёсткого контроля над оттоком капитала из страны, введением ограничения на импорт и режимом определённой гибкости обменного курса для обеспечения внутренней макроэкономической стабильности перед лицом огромных фискальных потребностей. Требуется также заморозка обслуживания внешнего долга.

«Жёсткий контроль над оттоком капитала» - это очередной подарок VIP- распорядителям и потребителям чужого. Сегодня, когда более 6 млн. украинцев находится за пределами страны, критически важно сохранить режим свободы перемещения капитала в обе стороны. Любые ограничения – это монетизация Схематоза и Олигархата военного времени. С одной стороны власти и профессура CEPR говорит о необходимости релокаций предприятий, запуска новых производств, а с другой рекомендует установить жёсткий контроль над потоками капитала. А как же тогда покупать оборудование, комплектующие, сырьё за границей, чтобы это самое новое производство открыть? Каждый раз нужно на поклон к чиновнику- шлагбауму холить? Или Гуриев/Милованов/Городниченко составят методичку, что считать критическим импортом с десятью разными группами критичности?

Профессора-утописты более 70 лет продолжают наступать на одни и те же грабли в рамках теорий роста и развития государства всеобщего интервенционизма. Они идеализируют Государство, воспринимая его, как единое целое, этакого мудрого, честного, беспристрастного брокера, который чётко представляет национальный оптимум, межсекторальный эквилибриум, а также баланс интересов производителей и потребителей.

Старая структура экономики Украины разрушена, но профессора-интервенционисты всё равно рекомендуют жёсткий контроль над товарными и денежными потоками. Они в ручном режиме вместе с украинскими VIP-распорядителями чужого хотят создать новую структуру экономики. Это типичное проявление пагубной самонадеянности: «У экономической науки есть любопытная задача – показывать людям, как мало они, на самом деле знают, о том, что, по их мнению, они могут создавать», - предупреждает Фридрих фон Хайек.

Четвёртая рекомендация: государственное регулирование

Четвёртый элемент – проведение радикального дерегулирования экономической деятельности, отказ от ценового контроля и поддержка релокацию производств. «На экстраординарные вызовы необходимо отвечать экстраординарными мерами экономической политики и экстраординарной поддержкой Украины международными партнёрами».

Вроде бы здесь должен быть полный консенсус. «Радикальное дерегулирование» - это, безусловно, правильный путь, но почему-то авторы основное внимание сконцентрировали на рынке труда. Да, ни в военное время, ни на этапе послевоенного восстановления Трудовой кодекс не нужен. С учётом беспрецедентного уровня доверия в украинском обществе и бизнесе ни нанимателям, ни работникам нее нужны формальные нормы, которые превращаются в источники дохода для контролёров. Конечно, нужно дерегулировать земельные отношения, доступ к инфраструктуре и экспортные операции. Но почему профессора не говорят о радикальном снижении числа лицензий, сертификатов, разрешений, регламентов и прочих процедур и генерации бумажек, которые практически не имеют ничего общего с защитой жизни и здоровья человека?

Бальзам на душу VIP-распорядителей чужого Украины – это предложение правительству Украины от профессоров-интервенционистов назначить высокопоставленного чиновника для координации дерегулирования. У нас уже есть омбудсмен по бизнесу, который должен защищать интересы бизнеса. Есть много антикоррупционных структур, которые должны были уже давно задушить коррупцию. И вот ещё один чиновник и его персонал – за счёт денег налогоплательщиков будет упорно, с поте лица заниматься дерегулированием, а сотни тысяч распорядителей чужого каждый день будут носить ему отчёты, оценки, аналитические записки, чтобы дерегулирование шло точно в соответствии с государственным представлением о новой структуре экономики.

Спасение экономики Украины – экономическая власть предпринимателю и потребителю

Опасность рекомендаций Центра исследования экономической в том, что они формируют мнения международных организаций, стран-доноров и в какой-то степени международного бизнеса. Они цементируют связку «VIP-распорядители и потребители чужого Украины и международного сообщества». По сути дела, агентом влияния этих профессоров-интервенционистов в Украине являются Д. Гетманцев, Т. Милованов, руководители Нацбанка и Минфина, а также все те, кто сохраняет их на этих ответственных постах в системе госуправления. Огосударствление, ужесточение, ручное регулирование – вот их курс.

Если глубоко анализировать экономическую теорию и историю, если принимать во внимание реальную жизнь, живых экономических субъектов с их мотивацией, интересами и средой обитания, то экономика военного времени, как и экономическая политика послевоенного восстановления должна выглядеть совсем не так, как представляет себе группа «Гетманцев/Милованов – CEPR».

Вот десять простых решений по радикальному улучшению экономической политики в пользу украинских производителей и потребителей:

1) Сокращение Кабинета Министров до восьми министерств. Создание Штаба экономики военного времени, как единственного центра проведения экономической политики, ликвидация контрольных и надзорных органов, которые до войны следили за лицензиями, сертификатами, ценами и т.д.

2) Введение мультивалютности: применение в качестве платёжных средств внутри страны $-доллара, евро, польского злотого, британского фунта, швейцарского франка и ₴-гривны. Снятие всех валютных, платёжных ограничений.

3) Ликвидация старой налоговой системы. Введение двух налогов: 1) налог на розничные продажи товаров и услуг – 20%, 2) акцизы на табачные, алкогольные и энергетические товары на уровне, который «убивает» выгоду «серого» импорта. ВСЕ остальные налоги ликвидируются, в том числе налоги на экспорт. Никаких льгот, привилегий – все в равных условиях.

4) Отмена Таможенного кодекса. Введение единой плоской ставки на импорт всех товаров и услуг в размере 5% от таможенной стоимости товара. Никаких деклараций, сертификатов и прочих «бумажек» при импорте не требуется.

5) Отмена Трудового кодекса, переход в режим добровольных контрактных отношений между нанимателем и работником.

6) Жёсткое регламентирование госрасходов. Безусловный приоритет – финансирование военных действий. Всё остальное – на критическую инфраструктуру и базовые социальные выплаты. Ликвидация государственного пенсионного фонда. Передача всех пенсионных обязательств в Кабинет Министров. Переход на принцип «пенсионные обязательства государства выполняются за счёт всех его доходов». Переход на единую ставку безусловного базового пенсионного дохода каждому украинцу, достигшему возраста 62 года.

7) Ликвидация на время войны всех государственных программ. Концентрация бюджетных ресурсов на ВСУ, критической инфраструктуре и жизнеобеспечении страны.

8) Отмена всех лицензий, разрешений, сертификатов, согласований для производителей товаров и услуг. Исключение – оружие.

9) Полная амнистия капитала. Отмена всех запретов, ограничений и разрешений на производство товаров и услуг, которые не несут непосредственной, прямой угрозы жизни и здоровью человека. Полная легализация выращивания всех с/х культур, включая коноплю. Режим использования земли определяют её собственники.

10) Запрет всех проверок, мониторингов, появления государственных контролёров/аудиторов в производственных помещениях, офисах, на рабочих местах предпринимателей. Проверки могут быть связаны исключительно с оценкой военных угроз. Отмена обязательного режима бухгалтерского, статистического учёта. Налоговый учёт ведут лишь те субъекты, которые платят налог с розничного оборота товаров/услуг и акцизы.